Когда мировую валюту пытаются поддержать штыками и бомбами, это значит, что запаса прочности у нее нет
Спецоперация Трампа в Венесуэле была неминуемой. Конечно, дело не в наркотиках. Основной нарокотрафик берет свое начало в других странах, и все это прекрасно понимают.
Громкие пиар-атаки на суденышки контрабандистов, перевозивших, как заявлял Трамп, кокаин в США, а также обвинения, выдвинутые в Штатах против Мадуро еще пять лет назад, нужны были для того, чтобы хоть как-то оправдать разбойничье нападение на суверенное государство и похищение его президента американским спецназом «Дельта».
Для этого же и организован начавшийся в понедельник в Нью-Йорке суд на Мадуро, которого демонстративно, как в зверинце, провезли по улицам города с открытыми дверьми автозака.
Главная причина, конечно, нефть. Именно нефть и стремление регулировать цены на нее в интересах американских компаний два с лишним последних десятилетия определяли агрессивную политику Вашингтона и в Западном, и в Восточном полушарии. И это тоже все отлично понимают.
3 января, когда американские вертолеты со спецназом под покровом ночи приземлились у резиденции Мадуро в Каракасе, мир был шокирован. Но шок постепенно проходит и начинается реакция на очередную попытку США подмять под себя интересы других стран. Трамп надеется, что еще пара показательных акций устрашения — против Кубы, Мексики или Гренландии, и все примолкнут.
Но он ошибается, и ошибается сильно, считает итальянский публицист Клаудио Реста, опубликовавший статью о том, что нападение на Венесуэлу плохо закончится для США.
«Острая нехватка необходимой «базовой валюты» (БНВ) для долларовой резервной системы является истинной причиной вторжения в Венесуэлу.
Под «базой валюты» понимается реальная деятельность, на которой основана стоимость валюты, в случае доллара используется сырьевой товар — нефть, из которой формируется нефтедоллар.
Это система нефтедолларов, которая удерживала Америку в качестве доминирующей экономической державы на протяжении 50 лет. Венесуэла грозила положить ей конец.
Венесуэла обладает доказанными запасами нефти в 303 миллиарда баррелей. Это крупнейшие запасы на Земле. Больше, чем у Саудовской Аравии. 20% мировых запасов нефти.
Но вот что важно: Венесуэла активно продавала эту нефть за китайские юани, а не за доллары.
В 2018 году Венесуэла объявила о «дедолларизации». Они начали принимать юани, евро, рубли — всё, КРОМЕ долларов, в обмен на нефть. Они подали заявку на вступление в БРИКС. Они создавали каналы прямых платежей с Китаем, полностью обходящие систему SWIFT.
И на протяжении десятилетий у них было достаточно нефти, чтобы финансировать дедолларизацию. Почему это важно? Потому что вся американская финансовая система основана на одном: нефтедолларе.
В 1974 году Генри Киссинджер заключил соглашение с Саудовской Аравией: вся нефть, продаваемая по всему миру, должна продаваться по ценам в долларах США.
Взамен Америка предоставляет военную защиту. Это соглашение создало искусственный спрос на доллары во всем мире.
Каждой стране на Земле нужны доллары для покупки нефти. Это позволяет Америке печатать неограниченное количество денег, в то время как другие страны стремятся их получить.
Нефтедоллары финансирует армию, социальное государство и государственные расходы, превышающие дефицит бюджета.
Для гегемонии США нефтедоллар важнее авианосцев.
И есть закономерность в том, что происходит с лидерами, которые бросают этому вызов:
2000 год: Саддам Хусейн объявляет, что Ирак будет продавать нефть за евро, а не за доллары.
2003 год: Вторжение. Смена режима. Иракская нефть немедленно возвращается к доллару. Саддама линчуют. Оружие массового поражения так и не было найдено, потому что его никогда и не существовало.
2009 год: Каддафи предлагает ввести в Африке валюту на основе золота, называемую «золотым динаром», для торговли нефтью. Просочившиеся в сеть электронные письма самой Хиллари Клинтон подтверждают, что это была ГЛАВНАЯ причина интервенции. Цитата из письма: «Это золото предназначалось для создания панафриканской валюты на основе ливийского золотого динара».
2011 год: НАТО бомбит Ливию. Каддафи убит. «Мы пришли, мы увидели, он мертв!» — со смехом сказала Клинтон перед камерами. Золотой динар умер вместе с ним.
А теперь Мадуро. У него было в ПЯТЬ раз больше нефти, чем у Саддама и Каддафи вместе взятых!
Более того, создавались платежные системы, не зависящие от доллара. Венесуэла подала петицию о вступлении в БРИКС. В сотрудничестве с Китаем, Россией и Ираном. Три ведущие страны в глобальной дедолларизации.
Это не совпадение. Нефтедоллару был брошен реальный вызов. И последовала реакция.
Стивен Миллер (советник по внутренней безопасности США) буквально две недели назад сказал это вслух: «Американский пот, изобретательность и труд создали нефтяную промышленность Венесуэлы»; «Эта тираническая экспроприация (национализация Венесуэлой нефтяной отрасли — „СП“) стала крупнейшей кражей американского богатства и собственности за всю историю».
Они этого не скрывают. Они утверждают, что венесуэльская нефть ПРИНАДЛЕЖИТ Америке, потому что американские компании разработали её 100 лет назад.
Следуя этой логике, все национализированные ресурсы в истории были «кражей».
Но вот в чем САМАЯ ГЛУБОКАЯ проблема: нефтедоллар уже умирает.
Россия продает нефть за рубли и юани. Саудовская Аравия открыто обсуждает сделки в юанях. Иран уже много лет использует в своей торговле валюты, отличные от доллара.
Китай создал CIPS, собственную альтернативу SWIFT, с 4800 банками в 185 странах. Страны БРИКС активно разрабатывают платежные системы, полностью исключающие использование доллара.
Проект mBridge позволяет центральным банкам мгновенно проводить расчеты по транзакциям в местных валютах.
Вступление Венесуэлы в БРИКС экспоненциально ускорило бы этот процесс. Именно в этом и заключается суть вторжения…
Речь идет о сохранении 50-летнего соглашения, которое позволяет Америке печатать деньги, в то время как весь мир стремится их получить.
Россия, Китай и Иран осуждают эту ситуацию, называя её «вооружённой агрессией».
Китай является основным покупателем венесуэльской нефти. Страна теряет миллиарды. Страны БРИКС наблюдают вторжение в страну, которая торгует вне доллара.
Все страны, рассматривающие вопрос о дедолларизации, только что получили это сообщение: «Попробуй бросить вызов доллару, и мы тебя разбомбим».
Но вот в чём проблема… Это сообщение может ускорить дедолларизацию, а не остановить её. Потому что к настоящему времени каждая страна Глобального Юга знает, что произойдет, если гегемония доллара окажется под угрозой.
И они понимают, что единственная защита — это действовать БЫСТРЕЕ…
Мадуро был убежденным сторонником независимости и автономии Венесуэлы, не желал продавать себя и представлял собой препятствие для долларовой системы в качестве резервной валюты.
И препятствие устранено. Это называется неоколониальным империализмом.
Пресс-конференция Трампа задала тон происходящему. Американские нефтяные компании уже готовы вмешаться. Издание Politico сообщило, что к ним обратились с предложением «вернуться в Венесуэлу».
Нефть снова будет циркулировать в долларах. Венесуэла превращается в ещё один Ирак. В ещё одну Ливию.
Но вот о чём никто не спрашивает: что произойдёт, когда доминирование доллара больше не сможет быть достигнуто силой? Когда у Китая появится достаточно экономического влияния, чтобы отреагировать? Когда страны БРИКС, которые контролируют 40% мирового ВВП, скажут: «Больше никаких долларов»? Когда мир поймет, что нефтедоллар подкрепляется насилием?
Америка только что раскрыла свои карты. Вопрос в том, сдастся ли остальной мир или бросит вызов этому блефу.
Потому что это вторжение — признание того, что доллар больше не может конкурировать, опираясь только на собственные силы.
Когда вам приходится бомбить страны, чтобы заставить их продолжать использовать вашу валюту, это означает, что валюта уже умирает.
Венесуэла — это не начало. Это отчаянный конец".
Что примечательно. О судьбе нефтедоллара рассуждают не только «внесистемная» европейская оппозиция, к числу которых можно отнести итальянца Клаудио Реста. Спустя пару дней после его статьи появилась публикация на сайте агентства Reuters. Финансовый обозреватель Джейми МакГивер также обратил внимание, что среди «множества мотивов, стоявших за захватом президента Мадуро, могла быть обеспокоенность Белого дома по поводу снижения глобального влияния «нефтедоллара».
Он отметил, что доля доллара в валютных резервах сегодна является самой низкой за последние 25 лет, и хотя он остается ведущей валютой мировой торговли, эта позиция начинает ослабевать.
Получение контроля над крупнейшими в мире доказанными запасами нефти может быть частью усилий по возвращению нефтедоллара его статуса, особенно с учетом того, что это предполагает вытеснение Китая и России — союзников режима Мадуро.
Ричард Вернер, профессор банковского дела и экономики в Винчестерском университете также считает, что действия Вашингтона в Венесуэле направлены на укрепление системы нефтедоллара, но эти крайние меры могут быть восприняты как признак «отчаяния», способного ускорить его падения. И тут многое будет зависеть от стран БРИКС.
Перевод (с сокращениями) — Александр Уральский
